Александр Панайотов решил раскрыть закулисные секреты шоу «Голос»

фoтo: instagram.com

— Сaшa, ты нe пeрвый дeнь нa сцeнe: eщe в 2002-2003 гoдax принимaл учaстиe в «Стaнь звeздoй», «Нaрoднoм aртистe», нo всe эти рaсскaзы ни к чeму oсoбeннo нe привeли, и вдруг в 2016-м ты гдe-тo нa «Гoлoс», гдe нe испoлняeшь ни oднoй иx пeсни, в силу фoрмaтa, a вoкруг вaс пoднимaeтся дикий aжиoтaж. Кaк ты сaм этo oбъясняeшь?

— Я нe знaю. Мoжeт быть, этo мaгичeскaя силa тeлeвидeния. Чeрeз тo, чтo прoизoшлo прeдшeствoвaлa дoвoльнo дoлгa — пaузa- 5 лeт мeня нигдe нe былo. Кoнeчнo, мeня приглaсили нa стрaнныe пeрeдaчи — oбсудить, ктo кoгo зaрeзaл, ктo пoxудeл, нo я всe этo oтмeтaл.

A eщe гoд дo «Гoлoсa» мeня пoзвaли нa шoу, пaрoдия, нo я думaл, чтo идeт пo стoпaм свoeгo кoллeги Aлeксeя Чумaкoвa в трeтий или чeтвeртый сeзoн, безусловно, не стоит, и вообще это не моя история пародировать кого-то. Я должен петь. «Голос» я смотрела первый сезон, и подумал, что еще появится какой-нибудь проект нового формата, но он не явился.

В феврале прошлого я попал в жуткую автомобильную аварию и чудом остался жив. После этого, во мне все перевернулось, я спросил: «Почему я столько лет прозябаю?» — и все предрассудки в отношении моего большого багажа исчезли. Я понял, что теряю время, много теряют в целом, и сразу же отправил заявку на конкурс, решил обнулиться.

Больше я похудел на 20 килограммов, преобразился и внутренне, и внешне, и чувствовал, что мне есть, что сказать, показать, и пошел в проект. Видимо, все это вместе и дало результат.

Кроме того, я дружу и с Полиной Гагариной, и с Димой Биланом, и с Леонидом Агутиным, давно знаю Григория Лепса. Так что поддержка с их стороны, это также, вероятно, сыграла роль. Хотя слухи из редакторов программы пошли в начале, никто из них не знал, что я иду на шоу, по крайней мере, в какой день я буду выступать и одну песню петь. У них был выбор, чтобы просто не развернуться, но все отвернулись каскад — это был очень хороший момент, и все получилось.

— Тебе нужен это внутреннее давление, которое в данном случае стало драматичное событие — несчастный случай?

— Абсолютно точно. Изменилось все. До этого я ходил со своим тринадцатилетним опытом, как с чемоданом без ручки — не знал, куда все это деть: и дуэт с Долиной, и семилетний контракт с Фридляндом, и долгую живой деятельности, которая, по сути, ведет в никуда…

— Но почему ты пошел на шоу, где даже и не может показать свой репертуар?

— Я надеялся, что я буду это делать. Иногда Юрий Аксюта позволяет петь членами их песни, и тогда я как раз записал песню «Invincible», но так случилось, что я был не в состоянии его выполнить.

— Что вы имеете в виду, слепо слушать коллег, узнали тебя или нет?

— Я думаю, что я так же узнал, Дима и Полина. Не знаю, узнал ли меня Гриша — еще, кстати, не спросил его об этом, а вот Леня долго меня не слышал, и, судя по реакции, я был удивлен. Когда я выбрал песню All By Myself, я знал, что есть такое примечание, такая модуляция, выигрышная для меня, что будет странно, если они не повернутся.

— И тем не менее. Ты человек, который был уже звездный статус, — ты идешь на шоу, предназначенное или никому не известных исполнителей, или для посторонних, которые делают отчаянные попытки, чтобы еще раз поймать что-то. Тебя это не смущало?

— Вы не представляете, сколько людей меня от этого отговаривали, причитали: «где Ты?! Ты с ума сошел! Многие не поймут! Если и нужно было идти на первый сезон. Теперь ты признаешь свое поражение, поймешь, что ты уже никто». Прессинг был колоссальный. Некоторые коллеги вообще сказал, что это шаг назад, что это будет нечестно и все в этом духе.

Но, во-первых, нигде не написано, что это проект для начинающих. Во-вторых, я не считаю его нежным аутсайдеров. Просто так случилось, что я не все сложилось сразу — может быть, в какой-то момент был не совсем правильно подобран репертуар, может, я кому-то стал неугоден, а может, сыграло роль и то, что я был артистом второго канала, но затем перестал меня поддерживать. Я понял, что если он вернется, это только на Первый.

Конечно, был большой риск, что Юрий Аксюта не пропустите меня: там была и Согдиана, и уже во второй раз пришел Глеб Матвейчук и Евгений Гор, Надежда Бабкина, но они не прошли. Я думаю, производитель сознательно пошел на риск: в моей внешности была хорошая интрига, и, по-видимому, он понял, что об этом будут говорить, просчитал некоторые варианты заранее, как профессионал своего дела.

— Когда ты решил, наставник, ты был уверен, что ты хочешь идти именно к Лепсу?

— Там творилось: Гагарина и Лепс бились за меня. Агутин с Димой сразу же решил «уйти в сторону», даже слова не сказали. Полина выбежала на сцену, и многие думали, что меня может отталкивать напористость Гриши, которую он тогда проявил, но меня никто в жизни никогда не боролся. И меня это так подкупило, мне так это понравилось, что я сказал: «Это моя гора, а я Магомет, который будет идти с ней». Судьба все расставила на свои места. Больше Гриша — одиозный певец с непревзойденными вокальными данными и очень мудрый человек. Я думал, что мы должны быть вместе, в творческом союзе.

— Что происходило в те годы, когда о тебе не слышал? Некоторые творческие телодвижения?

— Конечно. Говорят, один в поле не воин, но я тогда снял очень много клипов, сделал первый большой сольный концерт — шоу All In, во-первых в Москве, собрал довольно большой зал, записывали альбом. Я как-то всегда был действующим артистом достойными гонорарами.

— На недавнем выступлении ты сказал хорошее выражение: «Вот он сделал шаг назад, но оказалось — шаг вперед»…

— Мне кажется, что это нужно взять за правило каждому артисту, оказавшемуся в той же ситуации, как и я в какой-то момент — не стесняться делать шаги назад, если это необходимо, выходить из зоны комфорта.

— То есть, когда ты шел на «Голос», тебе было неловко, неудобно?

— Почему позор? Я стоял в очереди с людьми, которые учились в моих песнях. Когда они увидели меня, чуть не упал в обморок и спросил: «А что это наш новый учитель?» Я говорю: «Нет. Я с вами постоять пришел». И я не вижу ничего страшного в том, что он ждал вместе с ними, как и все, ставит на себе номерок… Это закаляет, это история, которая не для всех дней. Я считаю, что в ней нет ничего плохого.

— Когда ты только вышла на сцену, была другая эпоха. Ты заметил, как это было?

— Конечно. Тогда еще не было ни Интернета, ни мобильного телефона, и технология, впоследствии оказала влияние на музыкальный мир. Однако все циклично. Новое поколение выросло и по-прежнему наступает на те же грабли. Же остаются только мастодонты — Алла Пугачева, тот же Григорий Лепс. При этом появляется много бездарных художников. То, что они делают, конечно, подается это не так откровенно, как тогда, уже под другим соусом, но ситуация не меняется.

— Ты сейчас упомянул мастодонтов. От них нередко можно услышать, что сегодня «много еды», хотя раньше его было не меньше. Тебя тоже уже посещают такие мысли?

— На самом деле, я стала более философски ко всему относиться. В каждое время есть свои сорняки, цветы, и это естественно. Каждому свое. Каждый человек имеет свой культурный уровень развития, и человек может найти то, что ему подходит. В Интернете вы можете слушать любимую музыку 24 часа в сутки. Сегодня нет такого — что и питает, то ты и есть.

— Является ли эпоха Интернета на твое творчество — на репертуар, на имидж? Ты в конце концов показал довольно четкую эволюцию способов…

— Честно говоря, я это даже не замечаю. Более строгий стиль соответствует возрасту, все-таки я уже взрослый дядя, но мне трудно сказать, где в этом отношении произошел перелом, резкий переход. Все произошло довольно гармонично. Вероятно, что-то ломается, когда человек приходит на 30 лет терне, хотя иногда и не — существует, также, есть очень много примеров.

— Как только ты появился на «Голосе», все говорили: «Вот кто следующий поедет на «Евровидение» от России». Что ты об этом думаешь? «Партия» еще не дал отмашку?

— Каких-то конкретных разговоров не было. Тема поднялась, когда я был кандидатом на победу в «Голосе», и все рассчитывали, что это произойдет. В такой ситуации сам бог велел, но оказалось немного по-другому. Не знаю, как сейчас решает руководство. Я думаю, решать все это Константин Львович Эрнст, и люди в высших кругах. В этом году момент особенно интересен, потому что «Евровидение» будет проходить в Украине, а не только в какой-то европейской стране, где не может идти просто так. Здесь много тонких моментов, ловушки. Не знаю, как они считают, сделать лучше: может, и поедет победительница «Голоса» Дарья Антонюк, может я, а может, и группа «Ленинград».

— Что это вас, личный, внутренний настрой на этот конкурс? Если не обстоятельства, и ты имел свободу выбора, что ли, пошел бы на «Евровидение»?

— Безусловно, да. Я смотрю этот конкурс с 1998 года. года. Как бы его ни хаяли, он интересный, он такой один, это музыкальный марафон, фестиваль, праздник, коллеги, не. Уже транслировались и в Америке, и в Австралии — он заполняет собой уже все пространство музыки. И это супер, потрясающий сезон. Если отбросить все политические моменты, это, конечно, хороший конкурс, и я всегда смотрю его, болею за тех, кто мне нравится, я делаю свои прогнозы, и это интересно.

— Твои прогнозы часто оправдываются?

— Всегда. Я ни разу не ошибся, всегда знал, кто победит. В прошлом году я понял, что разворачиваться борьба между Джамалой и Лазаревым, но чувствовал, что Джамала победит. И на «Голосе», заняв второе место, на самом деле, я побывал в шкуре Сергея, и он даже написал мне тогда: «Не парься. У меня такая же ситуация», — добавив, что иногда второе место лучше, чем в первом.

— Григорий Лепс очень рады, что вы заняли второе место, потому что его не нужно покупать, а другой продюсерской компании. И некоторые даже говорят, что тебе специально не дали выиграть…

— Я таких тонкостей не знаю, и еще я считаю, что голосование было честным, больше результатов мы провели небольшой разрыв с победителем. Я вообще не понимаю, опытом о том, как: все эти первое, второе место — эта конвенция.

— Теперь, когда вы столкнулись с массовой «шумиха», с которой ты шел так много лет, и в конце концов пришло, что ты собираешься делать с ней дальше?

— Любая истерика имеет свойство очень быстро проходить. Конкурс закончился, и интерес может угаснуть. Задача исполнителя — его удержать. Я буду делать это через репертуар, и это у меня уже есть. Скорее проблема в не совсем правильном выборе песни, хотя были и хорошие вещи, которые я пою до сих пор. У Гриши Лепса в этом смысле отличное чутье, и он теперь посылает мне песни, которые мы будем записывать, включить в большую живую программу. Мне кажется, что репертуар делает любого исполнителя.

— А что такое харизма в твоем понимании? И какой должен быть баланс между ней и техникой?

— Почему-то очень многие обвиняют меня в том, что у меня нет харизмы. Я считаю, что только иногда человек хочет слушать, а иногда нет. Часто это дело вкуса. Мне кажется, было проведено исполнителей на сцене имеет свою харизму.

— Возможно ли, чтобы экспериментировать на российской эстраде? Или здесь есть только один путь — по проторенной формат дорожке?

— Мне кажется, эксперимент есть всегда. Выход из зоны комфорта, которая, кстати, все время рекламируете Дима Билан, всегда нужно. Рано или поздно артисту нужно это сделать, потому что человек имеет свойство, внутренне «костенеть» — в своем режиме, в мышлении, в репертуаре, в окружении. Насколько резко двигаться в этом направлении — радикально или постепенно, чтобы не шокировать людей, каждый решает сам для себя. Каждый человек имеет свою тактику.

— Очень модно сравнивать российскую сцену с зарубежными странами, и для сравнения, как правило, дает в пользу отечественных. Насколько это правильно и стоит ли ориентироваться на западные образцы?

— Конечно, нужно смотреть в другую сторону, чтобы захватить тенденции, учиться делать лучше звук: в любом случае, иностранные художники насест. Но у нас есть неоспоримое преимущество — наша русская душа. Там таких нет. Здесь есть определенные условия, определенная аудитория, здесь есть какой-то морали… И скрепы. (Смех.)

Комментарии и уведомления в настоящее время закрыты..

Комментарии закрыты.