В Мастерской Фоменко закурили все

фoтo: Лaрисa Гeрaсимчук

Юрий Титoв и Мaринa Aйрaпeтoвa.

Пьeсы Глaдилинa игрaть нa стaрoй aрeнe, пoчти всe ee нeбoльшoe прoстрaнствo зaнимaeт стeклo курилкa (xудoжник М. Митрoфaнoвa) — этo тa жe квaртирa, гeрoй, кoтoрый нe имeeт ни имeни, кaфe, oпeрaциoннaя, рeaнимaция, необитаемый остров, и даже морг. Герой — сухопарый молодой человек с бледным нервическим лицом курильщик в самом деле, в жизни не выкурил ни одной сигареты, и всю свою жизнь посвятил борьбе с этой вредной человеческой привязанности. Просто отчаянный доброволец из министерства здравоохранения.

Бросает свою любимую, очень красивая, восточной внешности, найти в сумочке зажигалку. Ругается с дочерью-подростком, соседей в купе, в поезде, на что они бросить его на дороге. В общем, каждый, кто встречается на его пути, ждет лекция о вреде табака, но не к Антону Павловичу Чехову (похожа на истории), а по Петру Гладилину.

На Гладилину, которые строили историю, и из одной темы, чтобы получить больше, в результате чего их на серьезные обобщения, борьба эта приобретает гротесковый, комический характер с оттенком черного юмора. Зрители смеялись от начала до конца.

— У тебя будут желтые ногти, желтые зубы. А ты видел легкие курильщиков?

В качестве страшилки — и по несколько за каждую мизансцену. Дошел до борделя, где покупает не продажную любовь, а право читать лекции. Дальше — больше: морг, где он прощается с отцом — большой курильщик. И тот оставил его, поставить на путь в другой мир в четырех кварталах от «Pall Mall», и что будет делать внучка, а отец ей не разрешает. Несколько лет спустя, жертвой запрет добровольно уйти в другой мир, чтобы отнести бабушка дыма. Это решение из-за навязчивой идеи родителей.

И автор, и режиссер в спектакле происходят на границе: комедия, приводит к трагедии, и сразу же снял на границы юмора. Евгений Каменькович взял в спектакле всего пять молодых артистов, которые исполняют сразу по несколько ролей. Так, активно используются парики, костюмы Евгения Панфилова, и высокий темп, которые придерживаются художники, облегчает дыхание, является довольно сложной в тему поставил.

Вера Строкова. Фото: Анна Иноземцева

Молодые художники — Марина Айрапетова, Вера Строкова, Денис Абрамов и Павел Яковлев, легко играть конвенции, но, конечно, центровая фигура — Юрий Титов — все объединяет. Способ ваш характер, строится на полярных цвета — истеричной нетерпимости и подкупающей трогательности, живыми чувствами.

Безымянный герой умирает, то свет будет, как у ребенка. Желательно — вечная борьба или бледно-розовые органы? Этот вопрос я задала автору драмы Петру Гладилину после выступления.

Сцены из спектаклей. Фото: Алена Бессер

— Петр, а вы курите?

— Нет, я не курю, хотя курил много. Мне нравится бороться против курильщиков: когда я фильм снимал на «Мосфильме», все гонял в зале, студентам прочитал лекцию о вреде курения.

— Вы это серьезно?

— Конечно, я сделал это в шутку, но с очень серьезными намерениями. Эта пьеса не столько о курении, сколько о кроме того, о преданности одной идее. Она о Циолковском, у которого дети голодают, и он думал о вселенной и космических кораблях. О Геббельсе, который принес в жертву нацистской идее всю свою семью.

Когда я на лекциях говорил об этом студентам, я видел, как одна девушка очень злилась, и я ее провоцировал — он говорил, мол, от вас будут желтые пальцы, желтые зубы. Я не играл в будущей пьесы, я действительно хотел, чтобы помочь ей. Я был, вероятно, как врач, и в результате то, что произошло: я подвозил домой (я не ухаживал, стресс), после того, как ушел мыть машину на мойки, а там под ковер мойщики показал мне целую горсть бычков. То есть, она мне отомстила, насобирала оружие и засунула мне их под ковер. Я был в шоке.

Вот еще одна тема, женщина и сигареты. Не удивительно, что у меня разные героини повторяет одну фразу: «Женщины, как ранимые и мстительные». Мне очень жаль курящих женщин. Но в целом я написал пьесу о нетерпимости. Когда произошел раскол в нашем обществе на либералов и патриотов, я перестал узнавать многих своих друзей, которые в теме политики сошли с ума. Поведение некоторых только за здоровье. И страх в том, что ни один не удалось убедить. Ни один! Когда я, как историк бы железные аргументы, назвать даты, факты, меня не слушали. Это как Гражданская война, которая началась не в 1917 году., а в 1905‑м и до сих пор продолжается.

Комментарии и уведомления в настоящее время закрыты..

Комментарии закрыты.