фoтo: Миxaил Кoвaлeв
Влaдимир Дaшкeвич.
Вoзмущeнию увaжaeмoгo всeми чeлoвeкa нeт прeдeлa, и eгo мoжнo пoнять. Oн oдин из нeмнoгиx, ктo oxoтнo идeт нa кoнтaкт с журнaлистaми, считaeт, журналистам, и здесь…
— Мне позвонили и предложили ответы на вопросы о моей семье, — рассказал «МК» Владимир С.. — Вопросы были вполне благопристойные, но как-то журналист периодически пытался привлечь меня к теме гомосексуализма в искусстве. Я ответил, что это не моя тема, говорить об этом, не хочу и не буду.
— Но, возможно, вас ввели в заблуждение и вы попали в ловушку? Не мог вспомнить, что сказал?
— Я прекрасно все помню. Когда он пошел о Чайковском, я сказал, что это тот случай, когда все ясно, но, что великий композитор был самым высоким эстетическим чувством. Но ни Евгения Миронова, ни Олега Меньшикова я не упомянул — ну, почему? Я прекрасно знаю эти актеры, Женя Миронов 14 лет играл в «Табакерке» в спектакле «Бумбараш», для которого я написал музыку, и это, с моей точки зрения, пик среди его работ. То же самое могу сказать и об Олеге Меньшикове — он отличный актер, отлично сыграл в фильме «Капитан Фракасс», для которого я написал музыку.
— Потому что, к сожалению, имена этих актеров упомянуть в этом пресловутом интервью — с его стороны последовала некоторая реакция?
— От Жени Миронова — не, а с Олегом Меньшиковым по телефону сказала, что моя дочь. Он сказал, что давно уже не обращает внимания на такие сплетни и гадости относительно себя. Но все же мне очень неловко. Я считаю, российских актеров, самых талантливых, они достойные представители мирового действуют хейл. Я счастлив, когда с ними общаться, и много музыки, я предложил именно они — Золотухин в «Бумбараше», Евстигнеев в «Собачьем сердце», Ливанов и Соломин в «Шерлоке Холмсе и докторе. Ватсоне». Этот список может быть расширен как угодно широко.
Я хочу сказать, что никогда не позволял себе заниматься гнусными измышлениями о частной жизни актеров. Это не моя тема, и никогда моей не будет. О тех инсинуациях на мое имя в адрес двух блестящих актеров, о которых с недоумением и отвращением прочитал в Интернете, сказать ясно: ничего из этого не сказал, в интервью я не визировал, не подписывайте, и я считаю его личным оскорблением. Но самое главное — я никогда так не думал. Я ненавижу грязные закулисные сплетни, не только потому, что я знаю цену нашей работы, и просто ненавижу, и это все.
— Этот опыт для вас, вероятно, теперь будет менять свои правила — вы не станете разговаривать с журналистами по телефону?
— Почему я буду в безопасности. Я же понимаю, что злодеи не убережешься. У меня много друзей среди журналистов, и я не буду отказываться от людей, чья работа бесконечно уважаю.
— Собираетесь ли вы пойти в суд?
— Вы знаете, мы должны смотреть правде в глаза: мне 84 года, а суды — это, конечно, нервы, силы, в моем возрасте это трудно. Но я не исключаю, что, возможно, прибегну в суде.