Минкульт против Серебренникова: «Министерство поставляется полностью безнравственно»

фoтo: Гeннaдий Чeркaсoв

Тaкoй «жeст дoбрoй вoли» и никтo из вeдoмствa Влaдимирa Мeдинскoгo нe oжидaл. Крoмe тoгo, пo нaшeй инфoрмaции, внутри министeрствa, в пoслeднee врeмя нaчaлaсь движуxa, eсли нe спaсти, тo дoлгoвыe судьбу свoeгo бывшeгo сoтрудникa Сoфьи Aпфeльбaум (этo oнa курирoвaлa нaпрaвлeниe сoврeмeннoгo искусствa и, в чaстнoсти, прoeкт «Плaтфoрмa»). Кoнсультaции с юристaми, нoвыe письмa oт людeй, oт культуры, кaжeтся, дaжe и на такие нерадикальные меры все еще была надежда. И вдруг — нате вам…

Цитируем документ, состоящий из 16. апреля 2018 года, за два дня до заседания суда: «В Басманном районном суде Москвы назначена судебное заседание на 18.04.2018 в 14 часов 30 минут. на продлении меры пресечения в отношении Серебренникова Н. С., Итина Ю. К., Малобродского A. A., Масляевой Н. Л., Апфельбаус. С. М., Вороновой Е. С. (уголовное дело № 11702450048000032). В соответствии с п. 2 ложки. 249 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации Минкультуры России ходатайствует о рассмотрении на продление меры пресечения в отсутствие министерства. Одновременно Минкультуры России просит Басманный суд Москвы продлить избранные меры пресечения, указанных обвиняемым (разделение модуль.)». Подписала и, судя по всему, был этот документ, Е. В. Зайцева, заместитель государственного нормативно-правового департамента Минкультуры.

Ну, во-первых, о чем думал составитель, переименовавший Апфельбаум в Апфельбаус? Такая безграмотность свидетельствует о равнодушии мелких служащих: какая разница, в конце фамилии, если результат один и ясно… Вопрос: можно ли с такой грубой ошибкой документ иметь юридическую силу?

Но, вместо этого, основная проблема в том, что не Зайцевой, а к ведомству и его руководство. Где логика, мысли и действия? Как вы можете так обращаться со своими людьми, даже если они бывшие и в чем-то виноват, хотя есть презумпция невиновности пока никто не отменял?

В Министерстве культуры заявляют о необходимости следовать какой-то букве ведения дела и дают такой официальный ответ: «Как она представляет интересы Минкультуры по уголовному делу «7 студия» E. V. Зайцева, сегодняшнее заседание Басманного суда из-за рассмотрения ходатайства о продлении избранных ранее мер пресечения в отношении обвиняемых (акцент модуль.) в сфере уголовного судопроизводства. Эти ходатайства наказаны следственными органами и при поддержке прокуратуры. В соответствии со статьями 107 и 109 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации заявление о продлении срока меры борьбы должны быть представлены в суд не позднее, чем за 7 суток до его истечения. По итогам рассмотрения ходатайства суд может принять решение о продлении меры пресечения на срок, необходимый для завершения ознакомления обвиняемого с материалами уголовного дела и направления уголовного дела прокурором с обвинительным заключением. Представляя интересы государства в данном уголовному делу, Минкультуры из-за своего процессуального статуса жертв и гражданского истца направил в суд аналогичное ходатайство».

В переводе с казенного языка на человеческий — мы, мол, не имеет значения, что держит, как есть и дальше — дома и в ТЮРЬМЕ.

Конечно, против статей уголовного закона не попрешь, и де-юре все верно, но есть еще, извините, совесть — ее никто не отменял. Есть сочувствие, есть сострадание… Да, это эмоции, но именно они делают нас людьми, а не бездушными исполнителями. И в этом случае министерские работники появились в качестве бездушные, трусливые, винтики системы, который предназначен только на штраф. Я хочу спросить: ребята, у вас есть еще одна модель поведения?..

С юридической точки зрения вполне предсказуемо, что следствие и прокуратура настаивали на продлении срока ранее избранной меры пресечения. С ними все ясно: они стояли на своем, так и стоят, хотя тресни. Удивительно другое — о продлении срока домашнего ареста ходатайствовало и Минкультуры. Но, как известно, что любой запрос должен быть мотивированным. А вот ходатайство Минкульта от 16.04.2018 года мотивированы, не может быть названо. Имеет статус жертвы в случае, культурное министерство, в лице своего представителя, не потрудилось даже привести по крайней мере некоторые аргумент, почему он просит суд продлить срок для всех, без исключения фигурантам. Можно предположить, что это статус жертвы, в данном случае решающим с точки зрения министерства. Судя по всему, Минкульт банально занял позицию «как все», не смутившись даже тем, что требование от 16.04.2018 ясно, было направлено в суд не в указанный в законе срок от 7 дней до истечения срока меры пресечения.

И еще одна вещь: возможно, под впечатлением от «творческих» домашних развлечений арестантки Евгении Васильевой по громкому делу «Оборонсервиса» у многих сложилось ошибочное мнение, что домашний арест — это курорт. Да, по сравнению с содержанием под стражей, как это происходит с бедным Алексеем Малобродским, домашним арестом — более мягкие меры. Но там должны понять, это все зависит от человека: если это чиновница из кабинета, то для нее, рисующей и пение, домашним арестом — очень весело. А вот для творческого человека домашнее заточение, а тем более в ТЮРЬМЕ, кажется, ад.

Таким образом, насколько поведение Минкульта правильно? Этот вопрос мы поставили деятелям культуры.

Иосиф РАЙХЕЛЬГАУЗ, худрук «Школы современной пьесы»:

— Я надеюсь, что Министерство культуры, которое является для всех своих подопечных делает гораздо больше зла и глупости, чем доброты и справедливости, после переформирования кабинета станет место, которое должен помочь вам жить и работать и деятелям культуры. А не осуждать их. Конечно, деятели культуры должны работать в рамках законов — от Конституции до Уголовного кодекса. Но в этом случае для осуждения есть и другие органы — прокуратура, следствие, суды, их достаточно. А если Минкульт — карающий орган, а не помогающий жить и работать, то это абсурд. Которых очень много в нашем обществе.

Марк ЗАХАРОВ, худрук «Ленкома»:

— Конечно, грустная история, если все это вместе, чтобы оценить. Некоторые новые слова здесь говорить трудно — все уже сказали, но если будет отправлено письмо в вышестоящий суд в поддержку фигурантов, будут там, подписи, люди театра, — охотно я это подпишу.

Марк РОЗОВСКИЙ, худрук театра «Никитских ворот»:

— Я думаю, что сейчас, когда все больше приближается к финалу, Министерство культуры решило отгородиться и — в данном случае — ее, Софью Апфельбаум, наконец утопить. А это тот, кто поручал ей выделить деньги от обязанности идти дальше. И об этом речи вообще никто не ведет. Оказывается, типичный Победоносиков: «Это не я, а мои подчиненные. Я ничего не знаю ни о каких репрессии, взятки, кражи, это мои подчиненные, сами нарушили, пусть их вздернем». Вот Минкульт идет сейчас совершенно безнравственно, снимая с себя любую ответственность в соучастии. И еще не понимаю, почему это так затягивается, давно все это можно было обнаружить. Что они ищут? Какие аргументы? А люди продолжают сидеть…