фoтo: pixabay.com
Прeждe зaмeститeль министрa культуры Aлeксaндр Журaвский дaл мини-сeнсaцию, aнoнсирoвaв нoвый зaкoн o бoрьбe прoтив спeкулянтoв, кoтoрый в нaстoящий мoмeнт oбъявлeн прaвитeльствoм (нaпримeр, врeмя eгo сoвeршeния с вoзмoжными дoрaбoткaми oчeнь смутнo).
— Этoт зaкoн, — скaзaл г-н Журaвский, — имeeт двoйнoй эффeкт: oн имeeт зaщиту культурныx учрeждeний, тaк и нa зaщиту сaмoгo зритeля. Пo нoвoму зaкoну прoдaвaть билeты смoгут тoлькo сeбe в тeaтр (музeй, филaрмoния) и связaнo с ним пo кoнтрaкту oфициaльныx oргaнизaций, кoтoрыe спeциaлизируются нa прoдaжe билетов.
А театр указывает на своем веб-сайте, точно, операторов, занимающихся продажей. А кто не в списке — они все левые.
— Не будут продавать билеты не по номинальной стоимости, не может быть заклеивать цену, не может быть ничего, что на карте черкать, — продолжает Журавский, — кроме того, станет возможным досудебная блокировка «левых» билетов сайт. Наказания, предусмотренные для спекуляций по решению суда, также придется свести на нет весь этот «бизнес»: для физических лиц — это от 100 до 300 тысяч рублей, для юридических — от 700 тысяч до 1 миллиона. Вот продашь пару билетиков «серый», то получишь такой штраф и задумаешься: стоит ли игра свеч?
Журавскому задал вопрос: рынок, ну и пусть все развивается как развивается, пусть театр зарабатывает, пусть спекулянты (или, точнее, люди, бизнес) зарабатывают, чем плохо?
Заместитель министра, ясно, что если государство дотирует культуру (в значительной степени), соответственно, хочет, чтобы средства расходовались эффективно, и не может позволить, что ситуацию на самотек, а нужно иметь определенные социальные гарантии, что билеты по номинальной цене, чтобы добраться до потребителя, ради которого все и попробовать.
— А то получается прискорбная ситуация: все обо всем знают, но никто ничего не делает. Вот отсюда и возник закон, который был разработан вместе с директорами театров и музеев — в конце концов, в последние годы спекуляции, как известно, коснулся и Третьяковки. И еще одна важная вещь, — добавляет Журавский, — законом это регулируется и механизм возврата билетов, которые играли раньше в руки спекулянтов.
Дело в том, что спекулянты, не распродав билеты в последний момент сдавали их в кассу, что наносило театре материального ущерба и пустые стулья. На последнюю точку поставил отдельную ремарку директор Большого Владимир Урин:
— Нам нравится система возврата, существующие в Ковент-Гарден: там, если зритель имеет дело билетов не виноват театра в связи с отменой выступления, и только по собственной инициативе, то билет самим театром берет у него на реализации. Если он будет продан — зрителей вернуть 90% от стоимости, а если нет, то ничего и не вернется.
Так что в идеале, по новому закону, как только ты заподозрил спекулятивных продаж — обращаешься в органы, заводят административное дело, в суд, наложить штраф. Но это в идеале…
— Я не знаком с законом и в деталях, — сказал директор музтеатра Станиславского и Немировича-Данченко Антон Гетьман, — но у меня есть сомнения, что ограничение продажи работать. У меня также есть опыт работы в Большом театре, и помню, что выиграл Большой 5-6 исков код сайтов — клонов, Большой и в Москве и в Санкт-Петербурге и даже во Владивостоке. Но ни одно решение суда не было исполнено, ни один штраф не оплачен. А что, на сайте… так что они изменили в названии одну букву и сразу запускались снова. Так что на еще одну попытку борьбы я смотрю без оптимизма. «Регулировать», «контролировать» — как-то я напрягаюсь от этих глаголов. Спекулянты — то есть. деловые люди — они знают ситуацию на рынке лучше директора. Что я лично знаю кое-кого из этих людей, иногда с ними общаться. Это экономически очень подкованные ребята, очень чувствуют на рынке. И мы, устанавливая цены на билеты, не следует промазать: делать цену «ниже рыночной» — билет оказывается спекулянтов, что делать выше — никто не покупает.
Приглашенный на заседание новый худрук театра «Модерн» Юрий Грымов попытался дать реплику: «худруки и директора не должны комплексовать», «у меня сложилось впечатление, что все здесь оправдано из-за высокой цены, но забывают, что театр — это дорого, это дорого, искусство!». Тем не менее, эмоции г-на Грымова специально поддерживается более того, Владимир Урин парировал, что у любого театра есть и социальная миссия, каждый гостеатр должен думать и о нуждающихся в помощи категории зрителей, которые не в состоянии купить карту на 10 000 рублей. Или такая тонкость: задираешь цены — резко я становлюсь другой контингент, чем в театре, одним махом снял интеллигентная, «та самая театральная публика», что сразу же влияет на вкусовой планки театра и его репертуаре…
— Театр — это не работа в чистом виде, — объясняет Урин, — вот нас упрекают, что мы социальные билеты по паспортам продают и по паспортам впускаем. Но если мы идем на это в недоумении и продаем на Новую сцену для студентов не на 7000 грн., а на 700, то можно проследить, что в театр пришел тот контингент, на который мы рассчитываем.
Собственной инновационной деятельности Минкульта уже стала (в то время как тестируемая) совместная информационная система для учета и продажи билетов: чтобы абсолютно все сведения о продажах с каждого театра и с каждого выступления сливается в один котел и сразу видно, кто что за сколько продал (типа полная, льготная или бесплатная), сколько зрителей было и было, и, что самое главное — насколько каждый театр в месяц заработал. Например, в период января-февраля ясно видно, что мариинский театр по количеству посетителей перед Большой, или, что из Большого самые высокие цены билетов, или, что в театре имени Сац, например, был за этот период на 7,5% бесплатных посещений (детей-сирот, детей погибших военнослужащих и так далее).
Тихо раздались уже после встречи отдельные голоса директора, говорят, что Минкульт хочет видеть полную картину — сколько каждый театр имеет и продает, а потом сказать: «а когда вы так богаты, не уменьшить ли вам финансирование?», забывая о том, сколько каждый театр тратит на производствах. Однако Журавский еще на собрании несколько раз подчеркнули, что инфосистема — это только помощник для анализа ситуации, но не повод для вмешательства Минкульта, но наиболее вопиющих случаев, когда в театре будут пустые залы… что еще, слава богу, нет. Так что большинство директоров одобрил законопроект о спекулянты, так и в глобальном инфосистему, потому что только совместными усилиями воз сдвинется с места.
***
фото: Валерий Мясников
Юлия Борисова.
А в это время в театре имени Евгения Вахтангова представил две новые книги, посвященные двух личностей, без которых сегодня невозможно представить себе, Вахтанговский — удивительной актрисе Юлии Борисовой и замечательный композитор Фаустасу Латенасу. Первый называется «Любовь. Юлия» Веры Максимовой (под общей редакцией Д. Трубочкина). В это трудно поверить, но это первая и единственная пока книга о легендарной актрисе. В книге важнейшие события в ее жизни, портреты знаменитостей, коллег, в театре и своей исключительной роли. Известно, что Юлия Константиновна никогда не дает и не дает интервью, но для этого издания впервые было сделано исключение.
фото: Валерий Мясников
Фаустас Латенас.
Вторая книга — «Музыка и театр. Фаустас Латенас» — перевод с литовского издания о композиторе Фаустасе Латенасе на русский язык. Здесь наряду со статьями литовских коллег композиторов в отдельном разделе — «Говорят вахтанговцы» — вошли новые материалы, написанные Римасом Туминасом, Кириллом Кроком, Дмитрием Трубочкиным, а также участники шоу, оформлены музыку Латенаса: Галиной Коноваловой, Людмилой Максаковой, Евгением Князевым, Владимиром Симоновым, Сергеем Маковецким, Алексеем Кузнецовым, Юрием Красковым, Анной Дубровской, Евгения Крегжде, Екатериной Крамзиной. Программа, книга стала аудиодиск «ГАРМОНИЯ = THEATRUM», авторской музыкой композитора, звучащей в лучших спектаклях — «Ревизор», до «Царя Эдипа».
***
фото: Михаил Гутерман
В то же время, в Большом театре главная национальная театральная премия страны чествовала тех, кому вручена «Маска» за честь и достоинство и за выдающийся вклад в развитие театрального искусства. Встретились «тяжелая артиллерия» — Валентин Гафт, Алла Покровская, Александр Ширвиндт, Владимир Андреев, Галина Анисимова, из Питера приехали, Владимир Рецептер, Иван Краско, Николай Боярчиков. Все ораторы пытались переэпиграммить Гафта, что это нереально. Но, Александр Ширвиндт провел просветительским слова:
— В последнее время я увлечен высокой литературы и работаю со словарем Даля. Таким образом, здесь «маска» по Далю — это накладная рожа для потехи. Но надеюсь, что «золотой» превозносят эту картину.
фото: Михаил Гутерман